Из собрания сочинений “Рисале-и Нур”

ДЕСЯТОЕ СЛОВО

О воскресении из мертвых

Бадиуззаман Саид Нурси

ДЕСЯТОЕ СЛОВО

О воскресении из мертвых

(название книги в оригинале: Ha$ir risalesi)

Перевод с турецкого: Галимов Т.Н., Абдуллаев М.Ш. Одобрено Муфтиятом Европейской части России

3

Напоминание

Примеры и сравнения этого слова были написаны в виде неких рассказов для того, чтобы показать, насколько истины ислама являются разумными, прочными и взаимосвязанными. Каждое иносказание этих рассказов завершается истиной, указывает на нее в виде некого намека. Следовательно, они (рассказы) являются не

какими-то иллюзиями, а верными истинами.

"Посмотри на следы милости Аллаха, на то, как Он

оживляет землю после ее смерти. Воистину, Он

способен оживить мертвых и способен на всякую

вещь.” (Коран 30:50)

Брат, если желаешь ясного объяснения Всеоб­щего Воскресения из Мертвых и Вечной жизни про­стым и общедоступным языком, то вместе с моей душой послушай этот маленький рассказ-сравнение.

Однажды два человека странствовали по некой прекрасной, словно рай, стране (указание на этот мир). Там они увидели, что все вокруг, оставляя двери до­мов, зданий и магазинов открытыми, не следят за их сохранностью. Товары и деньги бесхозно лежат у всех на виду.

Один их тех людей, видя это, стал хватать все под-

ряд, при этом одни вещи он стал присваивать себе, дру­гие выбрасывать, начал, следуя своим страстям, совер­шать всякий вид насилия и расточительства. Населе­ние же той страны не очень то препятствовало ему в этом.

Его спутник сказал ему: "Что ты делаешь? Получишь наказание, и я тоже пострадаю из-за тебя. Это имущество принадлежит государству. Эти жители вме­сте со своими семьями являются солдатами или же чи­новниками. Они, как граждане, используются в этих делах. Потому тебе они слишком не препятствуют. Но дисциплина строга. Повсюду имеются служащие Им­ператора и телефоны для связи с Ним. Быстро иди и проси для себя пощады.”

Но тот беспутный, заупрямившись, сказал: "Нет, это имущество не государственное, а общее, бесхозное. Каждый может делать с ним все, что пожелает. Не вижу никаких причин, которые могли бы помешать мне пользоваться этими прекрасными вещами. Если же не увижу собственными глазами, то не поверю" — сказав так, он еще долго по-философски разводил всякое пус­тословие. После чего между ними начался серьезный разговор.

Сперва тот беспутный сказал: "Кто такой импера­тор? Я его не знаю..."

На что его спутник ответил: "Одной деревни не может быть без старосты. Одной иголки не может быть без хозяина, без мастера, сделавшего ее. Одной буквы не может быть без написавшего ее писаря, ты это знаешь. Как же может быть, чтобы это в бес­конечной степени организованное государство мог­ло существовать без Правителя? И как может быть без владельца настолько огромное богатство, что каж­дый час, словно появляясь из скрытого, прибывает не-

кий состав, (Примечание) полный искусных товаров, разгружается здесь и уходит? И как могут быть без хозя­ина эти видимые повсюду объявления и декларации, эти находящиеся на каждом товаре печати, гербы и яр­лыки, эти развевающиеся на каждом углу флаги? Вид­но, ты изучал лишь европейские штучки и не можешь прочитать этих исламских надписей. И у тех, кто знает, не спрашиваешь. Давай, пойдем, я прочитаю тебе са­мое великое повеление".

Тот беспутный обернулся и сказал: "Хорошо, Им­ператор есть, но какой может быть Ему вред от того, что я немного попользуюсь этими вещами. Какой от этого может быть ущерб Его сокровищнице? Да и не вижу я здесь никаких узилищ и тюрем. Наказания за это не видно”.

Его спутник же, отвечая на это, сказал ему: "По­слушай, ведь это государство — некий полигон. Некая выставка удивительного царского искусства. Некая вре­менная гостиница, не имеющая фундамента. Разве ты не видишь, что каждый день в нее прибывает один ка­раван, другой уходит, исчезает. Она постоянно напол­няется и опустошается. Через некоторое время это го­сударство изменится и передаст всех своих жителей другой, неизменной и постоянной стране, где каждый, в зависимости от своей службы, или понесет наказа­ние, или же получит награду".

Снова тот беспутный изменник заупрямился и ска­зал: "Не верю. Разве возможно, чтобы это государство разрушилось и перешло в какое-то другое государство".

На что тот верный человек ему ответил: "Раз ты уже в такой степени упрямишься и упорствуешь, пойдем, сре-

(Примечание): Это указывает на годичный цикл. Да, весна -некий вагон, полный продовольствия, прибывающий из скрыто­го.

ди бессчетных и бесчисленных доказательств, с помощью "Двенадцати знаков" покажу тебе, что есть некий Вели­кий Суд, есть некое место наград и даров, а также место наказания и заключения, и подобно тому, как это государ­ство опустошается каждый день, придет время, когда оно, уже полностью опустошившись, разрушится".

□ ПЕРВЫЙ ЗНАК:

Разве есть хоть какая-то вероятность, чтобы в неком государстве, и особенно в таком величественном, как это, не было бы награды для тех, кто послушно и честно служит ему, а для мятежников — наказания? Здесь же как будто этого нет.

Значит, в другом месте есть некий Великий Суд.

□ ВТОРОЙ ЗНАК:

Посмотри на это движение, на эту деятельность! Как, начиная от самых бедных и бессильных, каждому дается прекрасное, великолепное питание. Ведется пре­красный уход за одинокими больными. Какие здесь есть ценнейшие и великолепные угощения и блюда, укра­шенные знаки отличия, красивые одеяния и величавые пиршества. Смотри! Все, кроме таких беспутных, как ты, с большим вниманием исполняют свои обязаннос­ти. Никто не преступает своих границ даже на размер частицы. Самая великая личность с самой большой покорностью, с благоговением и страхом смиренно не­сет свою службу.

Значит, хозяин этого царства обладает величайшим великодушием и широчайшей милостью, а вместе с этим и величайшей честью, могущественнейшим дос­тоинством и порядочностью. Между тем, великодушие желает благодетельствовать. Милость же не мо­жет быть без даров. Честь желает ревностного отношения. Достоинство же и порядочность же­лают поставить на место бескультурных наглецов.

Однако же в этом государстве не делается даже тысячной доли того, что достойно той милости и чес­ти: тираны уходят отсюда в достоинстве, а угнетенные — в унижении.

Значит, это оставляется до некоего Великого Суда.

□ ТРЕТИЙ ЗНАК:

Посмотри! Какая высокая мудрость, с каким высо­ким порядком ведет здесь дела. Какое истинное право­судие, насколько взвешенно ко всему подходит. Между тем, правительственная мудрость требует оказания под­держки тем, кто просит у того правительства убежища. Правосудие же желает охранять права народа, дабы с тем были сохранены достоинство власти и величие го­сударства.

Однако в этих краях не исполняется и тысячной доли того, что достойно той мудрости и правосудия: такие беспутные, как ты, в большинстве уходят отсюда безнаказанными.

Значит, это оставляется до некоего Великого Суда.

□ ЧЕТВЕРТЫЙ ЗНАК:

Смотри! Не поддающиеся исчислению, бесподоб­ные драгоценности на этих выставках, необыкновен­ные блюда на этих столах свидетельствуют о том, что Император этой страны обладает бескрайней щедрос­тью и бесчисленными полными сокровищницами. Меж­ду тем, такая щедрость и такие неисчерпаемые сокро­вищницы требуют существования некого постоянного места пиршества, в котором бы имелось все желаемое. Требуют, чтобы те, кто наслаждается на том пиру, ос­тавались бы там вечно, дабы не чувствовали они мук гибели и разлуки. Ведь так же, как исчезновение мук

является наслаждением, исчезновение наслаждения

— мука.

Посмотри на эти выставки! Обрати внимание на эти объявления! Прислушайся к этим глашатаям, кото­рые описывают необыкновенно чудесное искусство и творчество Императора, объявляют о нем. Показыва­ют Его совершенство. Описывают Его бесподобные духовные красоты. Говорят о Его прекрасной скрытой красоте. Стало быть, Он обладает серьезным, потряса­ющим совершенством и необыкновенной духовной красотой.

Скрытое же и не имеющее изъянов совершенство желает быть увиденным, желает, чтобы вокруг него собрались созерцающие его с возгласами одобрения, восхищающиеся и любящие зрители. Тайная же беспо­добная красота желает и показаться, и видеть себя, то есть желает смотреть на себя с двух сторон: с одной — лично созерцать себя в различных зеркалах, с другой

— видеть то, как созерцают ее влюбленные зрители и
те, кто с одобрением восхищается ей. Желает и видеть,
и быть увиденной, и требует постоянного созерцания и
вечного засвидетельствования. И эта жизненная красо­
та требует продолжения существования влюбленных в
нее зрителей и тех, кто в изумлении восхищается ей.
Потому что вечная красота не может удовольствовать­
ся исчезающим влюбленным. Так как зритель, обречен­
ный на безвозвратное исчезновение, вспоминая о гибе­
ли, обращает свою любовь во враждебность. Вместо
восхищения и уважения начинает оскорблять. Так как
человек — враг того, что он не знает и чего не в состо­
янии достичь.

Однако же, каждый быстро уходит из этой гости­ницы и пропадает. Увидев на мгновение лишь одни лу­чик той красоты и того совершенства, а скорее лишь его слабую тень, уходит не насытившись.

Значит, он отправляется на некое постоянное зрелище...

□ ПЯТЫЙ ЗНАК:

Смотри! Среди этих дел становится ясно, что у это­го бесподобного Царя есть великое сострадание, пото­му что Он направляет помощь каждому попавшему в беду. Отвечает на каждый вопрос и на каждую просьбу. Даже, смотри! Если видит самую маленькую потреб­ность самого маленького своего гражданина, милосер­дно исполняет ее. Если у какого-либо пастуха один ба­ран повредит ногу, отправляет ему или лекарство, или ветеринара.

Теперь пойдем! На том острове идет большое со­брание. Вся знать государства собралась там. Некий Генерал-Адъютант, отмеченный очень высоким орде­ном, зачитывает речь. С какими-то просьбами обраща­ется к этому милостивому Императору, на что все ок­ружающие произносят: "Да, да, и мы тоже этого желаем", — подтверждают его и поддерживают. Те­перь послушай, этот любимец Императора говорит:

"О, принимающий нас добром и милостью, наш Владыка! Покажи нам оригиналы и источники по­казанных нам образцов и теней. Возьми нас в столи­цу своего царства. Не уничтожай нас в этих пусты­нях Возьми нас к себе. Смилуйся над нами. Этими прекрасными благами, которые Ты дал нам попро­бовать здесь, надели нас там. Не дай нам мук исчез­новения и изгнания. Этот послушный Твой народ, жаждущий встречи с Тобой и признательный Тебе, бросив без присмотра, не казни ", —говорит он и очень сильно просит о том, ты и сам это слышишь.

Разве имеется хоть какая-то вероятность, чтобы такой милосердный и могущественный Император, который с важностью исполняет самое мелкое жела-

ние самого маленького человека, не исполнил бы са­мую прекрасную просьбу своего самого любимого Ге­нерала-Адъютанта? Между тем, просьба этого любим­ца выражает всеобщее желание, и она угодна Импера­тору, и этого требуют Его милость и справедливость, и исполнить эту просьбу Ему легко и не сложно, также просто, как устроить эти временные места прогулок в этой гостинице. Если для того, чтобы показать макеты-образцы в этих пяти-шестидневных местах зрелищ, Он совершает такие затраты, и создал эту страну, то, ко­нечно же, в столице своего царства Он в таком виде покажет свои истинные сокровищницы, совершенства и умения, откроет такие места зрелищ, что потрясет изумленные умы.

Значит те, кто находится на этом поле испы­таний, не предоставлены самим себе, их ждут двор­цы счастья и тюрьмы...

□ ШЕСТОЙ ЗНАК:

Вот пойдем, смотри! Эти роскошные поезда, са­молеты, оборудование, хранилища, выставки и мероп­риятия показывают, что за завесой есть очень величе­ственное господствующее царство (Примечание). Та­кое царство требует существования достойного его на­рода. Однако же, ты видишь, что весь народ собран в этой временной гостинице, которая каждый день напол­няется и опустошается. И весь народ находится на этом полигоне испытаний для маневров и учений. Полигон же каждый час видоизменяется. И для того, чтобы уви­деть образцы ценных даров Императора и его удиви-

(Примечание): Например, как в те времена, на поле боя, в военном порядке, по приказу: "Оружие к бою! Штыки примкнуть!” - огромное войско, от начала до конца, становится подобным ко­лючему лесу; и как в дни праздников, для торжественного парада, по приказу: "Стройся в парадной форме! Ордена надеть!” - весь

тельное искусство, весь народ прогуливается по этой выставке в течение нескольких минут. Выставка же из­меняется каждую минуту. Пришедшие — уходят, ухо­дящие — не возвращаются.

Итак, это состояние и это положение твердо пока­зывает, что за этой гостиницей, за этим полигоном и выставкой существуют вечные дворцы, постоянные жилища, сады и сокровищницы полные чистых и вы-

военный лагерь становится, словно нарядный разноцветный цве­тущий сад, также на поле земной поверхности, бесчисленные рода войск Извечного Царя, состоящие из племен ангелов, джиннов, людей и неразумных животных и растений, в сражении за сохра­нение жизни, по приказу: o^i 'J~, получив Божественное распо­ряжение: "Для обороны оружие и приборы готовь!”, - все ко­лючие деревья и растения земли, с верху до низу, примкнув свои маленькие штыки, напоминают величавый военный лагерь, гото­вящийся к бою.

Также, поскольку каждый весенний день, каждая весенняя неделя, является отдельным праздником для каждого отдельного рода растений, то каждый их вид для демонстрации прекрасных даров и драгоценных инкрустированных орденов, пожалованных им Царем, в виде некоего отдельного парада, предстает пред на­блюдающим и свидетельствующим взором этого Извечного Царя и выглядит так, словно все растения и деревья слушают Божествен­ное распоряжение: "Драгоценное творчество Господа и, называе­мые цветами и плодами, награды Божественной натуры надеть; цветы раскрыть!” - и поверхность земли начинает походить на блестящий военный лагерь в дни больших праздников, во время торжественного парада, с нарядными формами и блистающими орденами.

Итак, в такой степени мудрое, организованное оснаще­ние и украшение показывает тому, кто не является слепым, что оно, конечно, происходит по распоряжению одного в бесконечной степени Мудрого Правителя, одного бесконечно Могущественного Царя.

соких оригиналов тех образцов и подобий, которые показаны здесь.

Значит, здесь нужно прилагать усилия ради них. Здесь работа, там оплата. Для каждого согласно его способностям там есть некое счастье...

□ СЕДЬМОЙ ЗНАК:

Давай немного пройдемся. Посмотрим, что есть в этой стране.

Итак, смотри! Повсюду, на каждом углу установ­лены различные фотокамеры, которые постоянно сни­мают. Смотри, везде сидят разные писари и что-то за­писывают, все отмечают. Регистрируют самую маловаж­ную работу, самое мелкое происшествие. Вот! На той высокой горе установлен особый большой фотоаппа­рат Императора, (Примечание) который снимает все, что происходит повсюду. Значит, этот Владыка пове-

(Примечание): Смысл того, о чем говорится в этом “Знаке”, частично изложен в “Седьмой Истине". Здесь лишь скажем, что особый большой фотоаппарат Императора - это указание на "Левх-и Махфуз" (Хранимая скрижаль). В "Двадцать шестом Слове" истина существования Левх-и Махфуза доказана следующим образом:

Подобно тому, как маленькие справки-свидетельства дают понять о существовании большого списка, маленькие паспорта указывают на существование большого каталога, а многочислен­ные просачивающиеся струйки сообщают о большом источнике воды.

Также и подобные маленьким удостоверениям, каждое из которых похоже на маленький Левх-и Махфуз, и подобные ма­леньким точкам чернил, стекающим с пера, пишущего большой Левх-и Махфуз - человеческая память, плоды деревьев, косточки внутри плодов и семена, конечно же, сообщают о существовании некой Великой Памяти, Великого Каталога, Гигантского Левх-и Махфуза, указывают на него и доказывают, а прозорливым умам даже показывают его.

лел, чтобы все происходящее в его владениях, все со­бытия и дела были отмечены. Стало быть, этот Вели­кий Царь регистрирует и запечатлевает все происходя­щее. И конечно, такое запоминание и сохранение тре­буется для некоего расчета.

Теперь смотри, есть ли хоть какая-то вероятность, чтобы Мудрый Хранитель, который не пренебрегает даже самым мелким поступком своего самого мелкого гражданина, не сохранил бы самые большие дела сво­их самых больших граждан, не рассчитался бы с ними, не наградил бы их и не наказал. Между тем поступки, задевающие честь этого Владыки и дела, противореча­щие Его милости, исходят от этих "больших", но нака­зания здесь они не получают.

Значит, это оставляется до некоего Великого Суда...

□ ВОСЬМОЙ ЗНАК:

Пойдем, прочитаю тебе этот поступивший от Него указ. Смотри! Он многократно обещает и сильно угро­жает: "Взяв отсюда, переведу вас в столицу Своего царства, где послушных сделаю счастливыми, а мя­тежников — возьму под стражу. Разрушив это вре­менное место, создам другое государство, имеющее вечные дворцы и тюрьмы".

К тому же то, что Он обещает, для Него очень лег­ко, а для Его народа — очень важно. Нарушение же обещания совершенно противоречит Его могуществен­ному достоинству.

Так смотри же, эй, беспутный! Ты подтверждаешь свое обманчивое воображение, бредовый разум и лжи­вый нафс (эго), и опровергаешь Того, у Кого для нару­шения обещания ни с какой стороны нет никаких при­чин, к Чьему достоинству ни с какой стороны не может приблизиться ложь и о Чьей верности свидетельствует

вся эта видимая воочию деятельность. Конечно же, ты достоин серьезного наказания. Ты походишь на того путника, который закрывает глаза перед сиянием солн­ца и полагается на свое воображение, мнимым фона­риком в своей голове, свет которого подобен светлячку, желает осветить свой страшный путь. Если Он обещал, значит сделает. Между тем, исполнить это Ему очень легко, а также очень и очень нужно и нам, и всему су­щему, и Ему, и Его царству.

Значит, есть некий Великий Суд и великое счас­тье...

□ ДЕВЯТЫЙ ЗНАК:

Теперь пойдем к некоторым из предводителей этих округов и общин, у каждого из которых (Примечание) есть по особому телефону для личного разговора с Им­ператором, некоторые из которых даже встречались с Ним лично. Смотри, все они, объединяясь, сообщают, что этот Царь приготовил очень прекрасные и очень страшные места для наград и наказаний, и что Он твер­до обещает и сильно угрожает ими. При этом Его честь и могущество ни в коей мере не принимают того, чтобы унизиться и опозорится нарушением Своего обещания.

Между тем, те вестники во множестве, достигаю­щем степени твердого исторического сообщения, и в союзе, достигающем силы всеобщего согласия, сооб­щают, что основа и столица того великого царства, не­которые проявления которого нам видны, находятся в другом, далеком отсюда краю, и что здания этого поли-

(Примечание): Смыслы, которые доказываются в этом "указа­нии" проявятся в “Восьмой Истине". Например: предводители округов в этом примере - указание на пророков и святых. Теле­фон же - некая Господняя связь, протянувшаяся из сердец, удос­тоенных откровений и вдохновений, сердце же является неким телефонным аппаратом и его трубкой.

гона испытаний временны. Позже они будут преобра­зованы в вечные дворцы. Эти места переменятся.

Потому что это царство, по проявлениям которого становится понятно, что оно является очень грандиоз­ным и неисчезающим, не может основываться и стро­иться на таких преходящих, непродолжительных, не­устойчивых, неважных, изменчивых, невечных, недо­статочных и несовершенных делах...Следовательно, оно основывается на делах, достойных его, постоян­ных, неизменных, неисчезающих, прочных, совершен­ных и грандиозных.

Значит, есть другие края; конечно, все будет переведено в ту столицу...

□ ДЕСЯТЫЙ ЗНАК:

Идем, сегодня будет Царский навруз (П римечание). Произойдут чудесные превращения и удивительные вещи. Давай в этот прекрасный весенний день выйдем прогуляться по этой прекрасной зеленой, цветущей рав­нине.

Вот, смотри! Все куда-то идут. Гляди, здесь какое-то волшебство, те здания в один миг разрушились, при­няли другой вид. Смотри, здесь какое-то чудо: эти раз­рушившиеся здания вдруг выстроились здесь. Эта нео-

(Примечание): Объяснение этого знака найдешь в "Девятой Истине". Например: день Навруз* - указание на весенний сезон. Зеленая, цветущая долина же - указание на поверхность земли весной. Сменяющиеся же экраны и панорамы - указание на раз­новидности весенних существ, племена летних творений и про­дукты, являющиеся основой питания животных и людей, сменяе­мые в совершенном порядке, обновляемые с совершенной милос­тью, друг за другом отправляемые Великим Всемогущим Твор­цом, Прекрасным и Мудрым Создателем, начиная с ранней весен­ней поры и до самого конца лета.

(*Навруз - день весеннего равноденствия, прим. пер.)

битаемая пустыня стала неким городом. Смотри, она, словно экран кинотеатра, каждый час показывает не­кий другой мир, принимает новый вид.

Обрати внимание сюда, среди настолько переме­шанных, быстродвижущихся, многочисленных, реаль­ных экранов существует такой совершенный порядок, что всякая вещь ставится точно на свое место. Даже мнимый экран кинотеатра не сможет сохранить такого порядка и гармонии. Даже миллионы самых искусных колдунов и волшебников не смогут сделать такого чуда. Значит, этот невидимый нам Император владеет очень великими чудесами.

Эй, беспутный! Ты спрашиваешь: "Как это огром­ное государство может разрушиться и быть воссоздано в другом месте?”

Вот ты и сам видишь, что каждый час происходит множество превращений и изменений, подобных тому, не принимаемому твоим разумом, преобразованию этой страны. Из тех концентраций и рассеиваний, а также из тех состояний становится понятно, что эти видимые быстрые сборы и рассредоточения, образования и раз­рушения служат для какой-то иной цели... Для одноча­сового сбора здесь производятся десятилетние затра­ты. Значит, эти состояния не являются самоцелью. Они — некий образец, некая имитация. Тот Владыка созда­ет их посредством чуда, дабы, сформировавшись, был запечатлен их вид и, дабы, зарегистрировавшись, были сохранены их результаты — подобно тому, как регист­рируется и отмечается все, вплоть до каждой мелочи на испытательном полигоне — а значит, на неком вели­ком сборном пункте процесс пойдет уже основываясь на них; и на неком грандиозном сборе они проявятся уже в постоянном виде. Следовательно, эти преходя­щие, неустойчивые состояния приносят вечные плоды и постоянные, прочные образы.

Значит, эти процессы и церемонии проводятся для вступления в некое великое счастье, для некоего Великого Суда и еще для других, неизвестных нам, высоких целей...

□ ОДИННАДЦАТЫЙ ЗНАК:

Пойдем, о мой упрямый спутник! Сядем на некий самолет, летящий на восток или на запад, то есть на некий, следующий в прошлое и в будущее, поезд. По­смотрим, какие еще чудеса показывает этот чудотворя-щий Царь в других местах.

Итак, смотри! Чудеса, подобные увиденным нами стоянке, полигону и выставке, находятся повсюду. Прав­да, по внешнему виду и с художественной точки зре­ния они отличаются друг от друга. Но обрати свое вни­мание; насколько блестящая мудрая гармония, сле­ды в какой степени явной милости, признаки какой высокой справедливости, плоды какого обширного милосердия видны на всех тех неустойчивых стоян­ках, на этих недолговечных полигонах, на тех непро­должительных выставках. По ним каждый, кто не является несообразительным, явно поймет, что бо­лее совершенной мудрости, чем мудрость этого Царя, более всеобъемлющей милости, чем у Него, более всеохватного милосердия, более высокой спра­ведливости быть не может, этого невозможно даже представить.

Если, как ты вообразил себе, допустить, что в кру­гу Его империи не окажется постоянных местопребы­ваний, высоких мест, неизменных степеней, послуш­ного населения и счастливого народа, то явно, что это невечное государство не могло бы быть удостоено ис­тин той мудрости, милости, милосердия и справедли­вости; и если оно не будет удостоено их в другом мес­те, то нужно будет с неким безумством, подобным от-

рицанию существования солнца в полдень, залитый солнечным светом, отрицать эту очевидную мудрость, эту явную милость, это видимое невооруженным гла­зом милосердие и эту справедливость, мощные призна­ки и следы которой видны повсюду. И в таком случае станет необходимо считать хозяина этих мудрых мероп­риятий, этой великодушной деятельности и милосерд­ной благотворительности — да простит Аллах! — не­ким кутливым игроком и неким жестоким тираном. Это же превращает истину в полную ее противоположность.

Однако, по подтверждению всех обладателей ра­зума, перемена истин на противоположность неверо­ятна и невозможна. Лишь глупые софисты, отрицаю­щие существование всего, могут допустить подобное.

Значит, кроме этой страны, есть другие края, в которых есть некий Великий Суд, некая земля вели­кой справедливости, некая страна великой чести, с которыми эти милосердие и мудрость, милость и справедливость будут проявляться в полном виде.

□ ДВЕНАДЦАТЫЙ ЗНАК:

Теперь давай вернемся! Встретимся с начальника­ми и офицерами того общества, посмотрим на их сна­ряжение, чтобы понять, для того ли только дано это снаряжение, чтобы провести лишь короткий промежу­ток времени на этом полигоне... или же для того, что­бы обучиться длинной счастливой жизни в другом ме­сте. Мы не в состоянии осмотреть каждого и каждое снаряжение, но, в качестве примера, посмотрим удос­товерение и тетрадь вот этого офицера... В его удосто­верении записано его звание, жалование, обязанности, потребности и правила действий.

Посмотри, такое звание дается не на несколько дней, а на некий, очень длинный срок. Еще там записа­но: "Это жалование получишь из особой кассы такого-

то числа". Однако то число наступает спустя лишь дли­тельное время и лишь после закрытия этого полигона. Эти обязанности же также даны не для этих краткос­рочных учений, а для того, чтобы заслужить некое веч­ное счастье, став приближенным к Императору. Также и эти потребности не могут быть предназначены лишь для того, чтобы провести несколько дней в этой вре­менной гостинице, скорее они могут существовать лишь для длинной и счастливой жизни. Те правила же пол­ностью делают очевидным, что обладатель этого удос­товерения является кандидатом на переселение в дру­гое место, и он трудится для иного мира.

Смотри, в этой тетради записаны правила пользо­вания частями этого снаряжения и ответственность за них. Между тем, если кроме этого полигона, не суще­ствует другого, высокого, постоянного места, то эта крепкая тетрадь, это надежное удостоверение окажут­ся полностью бессмысленными.

И тогда этот уважаемый офицер, тот почтенный командир и почетный предводитель окажутся ниже все­го населения, окажутся самыми несчастными, самыми бедными, самыми униженными, самыми горемычны­ми, самыми нуждающимися и бессильными.

И по аналогии с этим, на какую бы вещь ты не об­ратил внимание, она засвидетельствует, что после это­го тленного существует вечное...

О мой спутник! Стало быть, это временное госу­дарство является некой пашней. Неким местом обуче­ния, неким базаром. Конечно же, за ним придет Вели­кий Суд и огромное счастье. Если же станешь отрицать это, тогда ты будешь вынужден отрицать удостовере­ния всех офицеров, все их тетради, снаряжения, прави­ла и даже весь организованный порядок этого государ­ства, даже его законы и существование всей этой про-

исходящей деятельности. Тогда тебя уже нельзя будет назвать человеком и обладателем разума. Ты окажешь­ся более неразумным, чем софисты.

Берегись, не подумай, что доказательства преобра­зования этой страны ограничены лишь этими "Двенад­цатью Знаками". Есть еще не поддающееся исчисле­нию количество признаков и аргументов в пользу того, что эта неустойчивая, изменчивая страна превратится в постоянное и неисчезающее государство. И есть бес­счетное число указаний и свидетельств о том, что эти жители будут взяты из этой временной гостиницы и отправлены в вечную столицу империи.

Особенно, смотри! Покажу тебе еще одно доказа­тельство, которое по своей мощи еще сильнее, чем те "Двенадцать Знаков".

Итак, идем. Гляди! Среди того, виднеющегося вда­леке, великого собрания, на том, увиденном нами ра­нее острове, тот, обладающий великим орденом, Гене-рал-Адъютант делает какое-то сообщение. Пойдем, послушаем его. Смотри, этот блестящий Генерал-Адъ-ютант зачитывает народу то Великое Повеление, выве­шенное на высоте, и говорит:

''Готовьтесь! Вам предстоит уйти в другое, веч­ное государство. В такое государство, по сравнению с которым эта страна подобна тюрьме. Если по-хорошему выслушаете это повеление и будете по­слушны, то, войдя в царственную столицу нашего Императора, будете удостоены Его милости и да­ров. .. Иначе, если же взбунтовавшись, не будете слу­шать, то будете брошены в ужасные тюрьмы", — сообщает он.

И ты сам видишь, что на том Великом Повелении стоит такая превосходно-неподражаемая печать, под­делать которую не возможно ни с какой стороны. Все,

кроме таких беспутных, как ты, твердо знают, что это повеление является указом Императора, и еще, у того блистательного Генерала-Адъютанта есть такие орде­на и знаки отличия, что каждый, кроме таких слепых, как ты, явно осознает, что этот Человек является очень точным выразителем Императорской воли.

Интересно, когда этот Генерал-Адъютант, вместе с тем Великим Повелением, призывая всеми силами, со­общают о том преобразовании государства, есть ли хоть какая-то возможность возразить им? Да, возразить им невозможно! Разве что станешь отрицать все эти види­мые воочию вещи.

Теперь, о мой спутник! Слово за тобой, говори! Все, что хочешь сказать, скажи!

— Что я могу сказать, разве возможно сказать про­тив этого что-то еще? Разве есть хоть какая-то возмож­ность средь бела дня сказать что-либо против существо­вания солнца. Только лишь скажу: "Слава Аллаху! Да вознесется Ему стотысячекратная хвала за то, что, из­бавившись от гнета сомнений и страстей, от плена нафса и чувств, я спасся от вечной тюрьмы и каторги, и уве­ровал, что кроме этой смешанной и неустойчивой гос­тиницы есть еще другая, близкая к Царю страна счас­тья, и мы являемся кандидатами на вступление в нее".

Итак, здесь завершается этот рассказ-сравнение, являющийся назиданием и иносказанием о Воскресе­нии из Мертвых и Судном дне. Теперь, с Божьей помо­щью, перейдем к высоким истинам. В ответ на прой­денные "Двенадцать знаков", изложим "Двенадцать Взаимосвязанных Истин" с одним "Предисловием".

ПРЕДИСЛОВИЕ

[Несколькими указаниями обозначим не­сколько тем, которые объясняются в других местах, то есть в Двадцать втором, Девятнад­цатом и Двадцать шестом словах]

ПЕРВОЕ УКАЗАНИЕ:

Есть три пары истинных прототипа тех упомяну­тых в рассказе верного человека и его беспутного това­рища.

•    Первый: Мое сердце и мой охваченный страс­тями нафс.

•    Второй: Последователи Мудрого Корана и ученики философии.

•    Третий: Уммет-и Исламие (народ, покорный Всевышнему) и народ неверующий.

Самое ужасное заблуждение неверующего народа, учеников философии и их охваченного страстями наф-са — непризнание Всевышнего.

Как сказал верный человек в рассказе: "Одной бук­вы не может быть без писаря, одного закона не может быть без правителя-законодателя".

Также и мы говорим: подобно тому, как в крайней сте­пени невероятно и нелепо существование без писаря кни­ги, тем более такой книги, каждое слово которой содержит еще одну книгу, каждая буква которой содержит некий на­писанный тонким пером красивый рассказ, точно также и существование этой вселенной без художника, сотворив­шего ее, является невероятно нелепейшей нелепостью.

Ведь эта вселенная является такой книгой, каж­дая страница которой заключает в себе еще мно­жество книг, даже каждое ее слово содержит в себе целую книгу. В каждой ее букве есть целый рассказ. Поверхность земли —лишь одна ее страница, сколь­ко еще книг содержит она... Одно дерево — одно ее слово, сколько страниц оно имеет... Один плод — одна ее буква, одно семечко — одна точка. В этой точке заключена программа, каталог всего того ог­ромного дерева. Так вот такая книга, такой узорча­тый орнамент может выйти лишь из-под пера мо­гущества одного Всемогущего, имеющего бесконеч­ную мощь и мудрость, обладающего Величием и Кра­сотой. Л из этого следует, что весь мир свидетель­ствует о необходимости веры в это. Разве что кто-то опьянел от заблуждения...

И подобно тому, как не может быть здания без ма­стера-строителя, а особенно такого здания, которое ук­рашено необыкновенно чудесным искусством, потря­сающим орнаментом и удивительными украшениями, даже каждый кирпич которого, по искусству, содержа­щемуся в нем, подобен дворцу. И ни один разум не при­мет, чтобы то здание могло появиться без строителя. Оно нуждается в существовании очень искусного мас­тера. К тому же внутри этого дворца каждый час, по­добно смене одежды, с совершенной гармонией, слов­но на киноэкране, сменяются виды, образующие насто­ящие, реальные панорамы. При этом внутри каждой той реальной панорамы создается еще множество малень­ких, мелких видов и панорам...

Также и этот мир требует существования бесконеч­но мудрого, знающего, могущественного Творца. Ведь эта величавая вселенная является таким дворцом, что: Луна и Солнце — его лампы, звезды — его свечи, а время — некая нить, некая лента, на которую каждый

год Тот Могущественный Творец нанизывает некий но­вый мир и показывает его. Внутри того нанизанного мира Он в трехстах шестидесяти видах обновляет его гармоничные образы, сменяет их с совершенным по­рядком и мудростью. Поверхность земли Он сделал такой скатертью даров, которую каждой весной укра­шает тремястами тысяч разновидностей творений, на­полняет ее бессчетными видами угощений. И, несмот­ря на то, что все они бесконечно переплетены и пере­мешаны друг с другом, они в той же бесконечной сте­пени разнятся и отличаются друг от друга. Сравни с этим и другие аспекты... И как же при этом можно не замечать существования Создателя этого дворца?

И, как глупым бредом является отрицание существо­вания солнца в ясный полдень, когда его красота играет в каждой волночке ряби на морской глади, на всех бле­стящих вещах, находящихся на суше и на каждом крис­таллике снега, и во всех них видно его отражение. Ведь если при этом начать отрицать солнце и не принимать его существование, тогда нужно будет принять суще­ствование стольких истинных и реальных маленьких солнышек, сколько имеется снежинок, волночек и раз­ных осколков. Необходимо будет согласиться с существо­ванием истины огромного солнца в каждой частичке (так как его отражение может уместиться даже в одной частице). Точно также, еще более скверным, глупым заблуждением и бредом сумасшедших является отрицание и непризнание существования совершенных качеств Всевышнего Создателя, который, одновремен­но видя всю эту величественную вселенную, с мудрос­тью производит постоянные изменения среди рядов этих созданий и с точностью обновляет их. Потому что тогда в каждой вещи, в каждой частице необходимо будет принять некую абсолютную божественность.

Потому что, например, каждая частица возду-

ха может войти в каждый цветок, в каждый плод или лист и работать внутри них. Так вот, если эта частица не будет служащим исполнителем, то в таком случае она должна будет знать законы обра­зования, внешний вид и состав всех созданий, в ко­торые она входит и в которых трудится, дабы смог­ла она исполнять внутри них эту работу Значит, чтобы сделать это, она должна будет обладать неким всеохватывающим знанием и могуществом.

Например, каждая частица грунта способна стать основой и источником для любых разновидностей се-мян и косточек. Если она не будет являться служащим, тогда станет необходимо, чтобы эта частица заключала в себе столько духовных приборов и машин, сколько всего существует трав и деревьев. Или же необходимо будет придать ей такое искусство и могущество, с ко­торым она знала бы все законы образования тех расте-ний и деревьев, создавала бы их, была бы знакома со всеми надеваемыми на них образами и смогла бы их создавать. Сравни с этим также и другие существа, дабы стало понятно, что во всякой вещи имеется множество явных доказательств единобожия.

Да, создавать из одной вещи все и изо всего со­
здавать нечто одно-единственное — является де­
лом, присущим лишь Создателю всего сущего. Обра­
ти внимание на славный        указ:

V^f^ibiZOb "Нет ничего, что не прославляло

'бы Похвалой¹' (Коран, 17:44). Значит, не принимая Единого-Единственного, приходится принимать столько богов, сколько всего существует вещей и су­ществ.

ВТОРОЕ УКАЗАНИЕ:

В рассказе упоминалось о неком Генерал-Адъютанте и было сказано: "Каждый, кто не является слепым, видя его ордена и знаки отличия, понимает, что этот человек действует по повелению Императора и является Его осо­бым слугой". Так вот, тот Генерал-Адъютант — это По­чтеннейший Посланник (Алейхиссаляту Вассалям).

Да, для пресвятого Творца этой прекрасно украшен­ной вселенной крайне необходим такой Почтеннейший Посланник, он также необходим, как необходим свет для солнца. Потому что, как солнце не может быть без сияния, также и невозможно, чтобы Божественность не показала себя, отправляя пророков.

И возможно ли вообще, чтобы некая бесконечно совершенная красота не желала бы показать себя через кого-то показывающего и описывающего ее!..

И может ли быть, чтобы некое очень красивое совершенное искусство не пожелало бы приобрести известность посредством некоего глашатая, привлека­ющего к нему внимательные взоры!..

И может ли быть вообще, чтобы огромное цар­ство всеобщего господства не пожелало бы объявить о своем единстве и вечности на каждом из отдельных и многочисленных уровней посредством некоего двусто­роннего избранника! То есть, как эта Личность с точки зрения всеобщего поклонения является послом от мно­жества уровней к Божественной обители, также, с точ­ки зрения близости и пророческой миссии, при Боже­ственной обители он является служителем тех много­численных слоев.

И может ли быть вообще, чтобы обладатель в бескрайней степени прекрасной сущности не желал видеть и показывать в зеркалах благость и изящество Своей красоты! То есть посредством Любимого По-

сланника — который и Любимец — через его поклоне­ние пробуждать в Себе любовь к нему; и Посланник — пробуждая в нем любовь к Своим созданиям — показывать Свои Прекрасные имена...

И может ли быть вообще, чтобы обладатель со­кровищниц, полных удивительных и ценных вещей не пожелал и не повелел бы посредством некоего рекла­мирующего зазывателя и некоего восхваляющего гла­шатая представить их (сокровищницы) перед народным взором, показать над головами и сообщить об их скры­тых совершенствах!..

И может ли быть вообще, чтобы Тот, Кто укра­сил эту вселенную творениями, которые объясняют совершенства всех Его имен, делая ее похожей на не­кий дворец для прогулок, украшенный удивительным и тонким искусством, не поставил бы в ней некоего поясняющего проводника!..

И возможно ли вообще, чтобы Хозяин этой все­ленной не сообщил скрытой тайны того, какова цель ее преобразований, и что ждет в конце, и чтобы Он не открыл посредством одного посланника загадки стоящих перед всеми существами трех сложных вопросов: "Кто ты? Откуда ты? Куда идешь?”

И возможно ли вообще, чтобы Всемогущий Тво­рец, Который через эти прекрасные творения знакомит с Собой обладателей разума и ценными дарами пробуж­дает в них любовь к Себе, не сообщил бы им через одно­го посланника о том, чего Он желает и чего от них ждет.

И возможно ли вообще, чтобы Тот, Кто создал Че­ловечество охваченным, по причине наличия разума, множеством вещей и по способностям готовым ко все­целому поклонению, не пожелал бы посредством неко­его учителя-проводника повернуть их лица от множе­ства к единству!..

И есть еще много подобных этим обязанностей пророчества, каждая из которых является неким твер­дым доказательством того, что Божественность без про­рочества быть не может...

Теперь. Интересно. Кроме аравийца Мухаммеда Ллейхиссаляту Вассалям, кто появился в мире бо­лее знающий, умелый и содержательный по выше­изложенным качествам и обязанностям? И был ли когда-то за все времена кто-то более подходящий, более достойный звания пророка и обязанности при­зыва и сообщения, чем он? Нет! Нигде и никогда! Если точнее, он — предводитель всех посланников, имам всех пророков, глава всех праведников, самый близкий из всех приближенных, самый совершенный из всех созданий, повелитель всех наставников.

Да, по объединенному свидетельству сведущих ученых, не считая тысячи явных чудес, подобных рас­калыванию месяца и истечению из его пальцев воды, а также бессчетного количества других доказательств его пророчества, только лишь такое море истины, как Дос­тославный Коран, являющийся великим чудом и с со­рока сторон обладающий чудесностью, словно солнце, в достаточной степени показывает и подтверждает его пророчество. Оттого что в других брошюрах и особен­но в Двадцать пятом Слове мы рассказали о примерно сорока сторонах чуда Корана, здесь, сокращая, остано­вимся на этом.

ТРЕТЬЕ УКАЗАНИЕ:

Пусть не приходят на память такие мысли как: ка­кую важность имеет малюсенький человек, что этот ог­ромный мир закрылся бы для того, чтобы произошел расчет с ним по его делам, и открылся бы некий другой мир? Потому что этот малюсенький человек, с точки зре­ния своего содержательного и обобщающего естества,

среди всех этих существ находится на положении некое­го начальника, некоего глашатая Божественного царства и удостаивается некоего всестороннего поклонения, а по­тому его важность очень велика.

И да не появится мысль о том, как можно в этой коротенькой жизни заслужить вечное наказание? По­тому что неверие всю эту вселенную, находящуюся на положении и имеющую цену Божественного письма, опускает до степени бесцельной бессмыслицы, являет­ся оскорблением всей вселенной, а также, с отрицани­ем отвергает все видимые в этих существах красоты, узоры и все святые имена Создателя, опровергает все нескончаемые доказательства, подтверждающие вер­ность и истинность Всевышнего, а поэтому является неким бесконечным преступлением. Бесконечное пре­ступление же требует бесконечного наказания...

ЧЕТВЕРТОЕ УКАЗАНИЕ:

Подобно тому, как в рассказе мы увидели через Двенадцать Знаков, что ни с какой стороны невозмож­но, чтобы у такого Императора имелся бы лишь такой, подобный временной гостинице край и не было бы не­коего другого неизменного вечного края, удостоенного его величия и являющегося основой для его правления. Также и ни с какой стороны невозможно, чтобы Веч­ный Создатель этого тленного мира создал бы лишь его и не создал бы мира вечного?

И невозможно, чтобы извечный Творец этой уди­вительной и преходящей вселенной создал бы ее и не создал бы вселенной другой, устойчивой и постоянной!

И невозможно, чтобы Мудрый и Всемогущий Со­здатель этого мира, играющего роль некой выставки, площади испытаний и некой пашни, создал бы его и не создал бы некого Потустороннего Мира, в котором бы проявились все его цели?

Постичь эту истину можно пройдя через "Двенад­цать Ворот", которые открываются "Двенадцатью Истинами". Начнем с самой короткой и простой.

ПЕРВАЯ ИСТИНА:

Врата Господства и Правления, являющиеся про­явлением имени Господ.

Возможно ли вообще, чтобы Господняя деятель­ность и правление Всевышнего, тем более, для показа Своего совершенства создавшего такую вселенную с очень высокими целями и возвышенными замыслами, не имели бы награды для уверовавших, отвечающих на эти цели и замыслы верой и поклонением! И не было бы наказания для заблудших, отвечающих на те замыс­лы отвержением и оскорблением!..

ВТОРАЯ ИСТИНА:

Врата Великодушия и Милости, которые явля­ются проявлениями имен Керим (Великодушный, Щедрый) и Рахим (Милосердный).

Возможно ли вообще, чтобы у обладающего, судя по видимым Его творениям, бесконечной щедростью и великодушием, бесконечной милостью, бесконечным достоинством и бесконечным усердием Господа этого мира не имелось бы награды, достойной Его щедрости и милости и не было бы соответствующего Его досто­инству и усердию наказания!

Да, если посмотреть на ход событий этого мира, то ста­новится видно, что начиная от самых слабых и бессиль­ных (Примечание), и до самых могучих, всякому живому существу дается самая лучшая пища. Для каждой болезни

(Примечание): Твердым аргументом в пользу того, что доз­воленное (халяль) пропитание добывается не посредством силы, а скорее дается по причине нужды, является то, что бессильные де­теныши питаются хорошей, приятной пищей, а сильные хищники

из неожиданных мест доставляется лекарство. С таким вы­соким великодушием и щедростью проводятся угощения и пиршества, что становится явно понятно — эти дела при­надлежат некой бесконечно щедрой руке.

Например, во время весны, словно в шелка, как райских дев, нарядив все деревья, украсив их драгоцен­ной вышивкой из цветов и плодов, делая их некими слу­гами, их изящными руками-ветвями преподносить нам разные-преразные, самые вкусные, самые искусные плоды; и лапками одной ядовитой мухи кормить нас самым сладким медом; и руками одной безрукой гусе­ницы одевать нас в самые прекрасные и мягкие одеж­ды; и сохранять для нас большую сокровищницу Своей милости в некоем маленьком зернышке — все это явно дает понять, плодами какой красивой щедрости, какой изящной милости это является.

И, за исключением человека и некоторых хищни­ков, от Солнца и Луны и до самого маленького созда­ния, исполнение всеми с совершенной точностью и вниманием своих обязанностей, не преступая своих границ даже на размер частицы, это всеобщее великое благоговение и подчинение указывает на то, что все действует по воле и распоряжению обладателя некоего огромного величия и достоинства.

И то милосердное сострадание (Примечание), та

— безобразной, а также то, что несмышленые рыбы упитанны и жирны, а сообразительные и хитрые лисы и обезьяны, беспокоя­щиеся о своем пропитании, - тощи и худы.

Следовательно, пропитание обратно пропорционально силе и воле. Насколько начинаешь полагаться на свою силу и волю, настолько же впадаешь в беспокойство о своем пропитании.

(Примечание): Да, то, что голодная львица, предпочитая себе своего бессильного детеныша, не поев сама мясо, которое она до­была, отдает его своему львенку; и то, что трусливая курица, за­щищая своего цыпленка, бросается на собаку и на льва; и то, что

нежная пища, которой вскармливают тех своих бессиль­ных и слабых детей все матери, будь они из мира рас­тений, животных или из мира людей, явно дают понять, красота какой широкой милости за всем этим стоит.

Поскольку Правитель этого мира обладает таким бесконечным великодушием и щедростью, такой бес­конечной милостью, таким бескрайним величием и достоинством... Бескрайнее величие же и достоинство желают наказать наглецов. Бесконечная щедрость же­лает бесконечно дарить. Бесконечная милость желает достойного себе благодетельствования.

Однако, в этом тленом мире и в этой короткой жиз­ни, словно одна капля из моря, может уместиться и про­явиться лишь одна миллионная их часть. Значит, будет существовать достойная той щедрости и соответству­ющая той милости некая страна счастья. Иначе же, по­добно отрицанию существования солнца, наполняюще­го светом день, потребуется отрицать существование этой очевидной милости.

Потому что исчезновение, при котором уже не бу­дет возможности вернуться, обращая сострадание в горе, любовь — в жгучий огонь, благодеяние — в нака­зание, разум — в некий злосчастный инструмент, а на­слаждение — в мучение, должно будет лишить суще­ствования истину милости.

И будет соответствующее тому величию и чести

дерево инжира, само питаясь грязью, плоды же, которые являют­ся его детьми, питает чистым молоком, все это очевидно показыва­ет тому, кто не является слепым, что они действуют от имени Одного бесконечно Милостивого, Щедрого и Сострадательного.

Да, то, что такие существа, как растения и животные, кото­рые не обладают разумом, совершают в высшей степени разум­ные и мудрые дела, неизбежно показывает, что есть Некто в выс­шей степени Знающий и Мудрый, Который направляет и застав­ляет их работать. Они же действуют во имя Него...

место наказания. Потому что в большинстве случаев тираны уходят отсюда в достоинстве, а угнетенные ими — в унижении. Следовательно, это оставляется до не­коего великого суда. Откладывается для него. Иначе, это не значит, что за этим нет надзора.

Иногда наказание дается даже в этом мире. Нака­зания, пришедшие на головы непокорных и упрямых народов, живших в прошлые века, показывает, что че­ловек не предоставлен самому себе. Некое величие и внимание постоянно дает ему пощечины.

Да возможно ли вообще, когда человек среди всех существ имеет некую важную обязанность и некие важ­ные способности, и при этом Господь человека знако­мит его с Собой через настолько гармоничные Свои тво­рения, а человек же, если в ответ на это, не признает Его... И такими настолько нарядными плодами Своей милости (Аллах) пробуждает любовь к Себе, а чело­век, если в ответ на это, не пробудит поклонением лю­бовь к себе в Нем... И если Он настолько разными бла­гами показывает ему Свою любовь и милость, а чело­век же, в ответ на это, если не проявит уважение к Нему через благодарение и восхваление, то возможно ли что­бы он остался без наказания?! Был бы отпущен без над­зора?! Чтобы Всевышний, обладающий тем достоин­ством и внимательностью, не приготовил бы для него некоего места расплаты?!

И возможно ли вообще, чтобы для тех уверовав­ших, которые в ответ на Его сообщение о Себе, с верой признали Его; и, в ответ на Его пробуждение в них любви к Себе, полюбили Его с поклонением и желани­ем удостоиться Его ответной любви; и, в ответ на Его милость посредством благодарности проявили уваже­ние к Нему, и чтобы при этом, этот Всемилостивый и Всемилосердный, не дал бы им некоего места наград и некоего вечного счастья?!

ТРЕТЬЯ ИСТИНА.

Проявление имен Мудрый и Справедливый, став­шее вратами Мудрости и Справедливости.

Возможно ли вообще, (Примечание) чтобы Все­вышний, показывающий Свое правящее господство че­рез присутствующую во всем, от частиц и до солнц, мудрость и гармонию, справедливость и взвешенность, не вознаградил бы верующих, желающих укрыться под покровительственным крылом Его заботы, которые с верой и поклонением действуют в согласии с Его муд­ростью и справедливостью? И не наказал бы невоспи­танных наглецов, которые с непризнанием и вероот­ступничеством восстают против этой Его мудрости и справедливости?

Однако в этом временном мире относительно лю­дей не исполняется даже одной тысячной части, дос­тойной той мудрости и справедливости. Заблудшие в большинстве своем без наказания, а последователи ис­тины, также в большинстве без награды, переселяясь, уходят отсюда.

(Примечание) Да, это выражение: “Возможно ли вообще" -повторяется очень много, поскольку оно излагает некую важную тайну, а именно: неверие и заблуждение в основном исходит от неуверенности в осуществимости. То есть человек, видя что-то далеким от разумного и противоречивым, отрицает это.

Так вот, в слове о Дне Воскресения было ясно показано, что настоящая неуверенность, истинное противоречие, неразумность и настоящие, в степени отвержения, сложности и трудности нахо­дятся на дороге неверия и в принципах заблуждения. А реальная вероятность, настоящая разумность, легкость в степени необхо­димости находится на пути имана (веры) и на дороге Ислама.

Вывод: философы из-за неуверенности сворачивают к отри­цанию. Десятое слово же своим объяснением показывает, в какой стороне находится эта неуверенность, бьет им по губам.

Следовательно, это оставляется до некоего Ве­ликого Суда, для некоего великого счастья.

Да, видно, что Тот, Кто правит этим миром, ведет дела с бесконечной мудростью. Хочешь доказательств? В каждой вещи заложен какой-либо смысл и польза. Разве ты не видишь, что в человеке, в каждом его орга­не, в каждой кости и сосуде, даже в клетках его тела, в каждой точке, в каждой части видна какая-либо польза и мудрость, а в некоторых органах заложено даже столько мудростей и польз, сколько имеется плодов на дереве, что говорит о принадлежности этих дел руке некой бескрайней мудрости.

И нахождение в сотворении всякой вещи в беско­нечной степени порядка и гармонии показывает, что это происходит под контролем некой безграничной мудро­сти. Да, размещение точной программы прекрасного цветка в малюсеньком семечке и записывание в кро­хотной косточке духовным пером предопределения страниц развития огромного дерева, биографии его жизни и списка его органов-приборов показывает, что это перо принадлежит некоей бескрайней муд­рости.

И нахождение в чрезвычайной степени прекрасно­го творчества в создании всякой вещи показывает, что эти вещи являются узорами одного в бескрайней сте­пени мудрого Творца. Да, размещение в этом крохот­ном человеческом теле оглавления всей вселенной, клю­чей от всех сокровищниц милости и зеркал всех Его имен говорит о безграничной мудрости и при этом о прекрасном мастерстве.

Теперь есть ли хоть какая-то возможность, чтобы Мудрость, царящая над этой заботливой деятельностью, не желала бы вознаградить и не вознаградила бы на­вечно тех, кто ищет убежище у крыла этой заботы и с верой подчиняется Ему?

Может ты желаешь доказательств того, что все происходит справедливо и взвешенно? Тогда смотри: то, что всякой вещи дается существование взвешиваясь на чутких весах, вымеряясь по особым, присущим лишь ей меркам, а затем на нее одевается образ и она ставится точно на свое место — говорит о том, что этими делами управляет бесконечная справедливость и взвешенность.

И то, что каждому обладателю прав права даются в соответствии с его способностями, то есть все необ­ходимое для его существования дается ему в самом под­ходящем виде, также указывает на руки бескрайней справедливости.

И то, что на все желания и просьбы, выраженные языком способностей, языком естественной надобнос­ти и языком крайней необходимости, постоянно дается ответ, также показывает некую в высшей степени спра­ведливость и мудрость.

А теперь есть ли хоть какая-то возможность,

чтобы такие справедливость и мудрость, которые спе­шат на помощь к самому маленькому созданию в са­мой его мелкой нужде, оставили бы без внимания та­кую самую большую нужду, как желание вечности та­кого самого большого создания, как человек?! Остави­ли бы без ответа его самую большую просьбу и самый большой вопрос?! И не сохранили бы величия своего господства охраной прав своих рабов?! Однако, в этом бренном мире человек, проживающий некую короткую жизнь, не может удостоиться и не удостаивается исти­ны такой справедливости. Точнее, это оставляется до некоего Великого Суда.

Так как истинная справедливость требует, чтобы этот крохотный человек увидел награду или наказание не в соответствии со своей крохотностью, а в соответствии с важностью своей сущности и с величием своей обязан-

ности. Поскольку этот тленный, преходящий мир очень далек от того, чтобы относительно человека, созданно­го для вечности, удостоиться такой справедливости и мудрости... Конечно же, у Восславленного Обладателя Красоты, являющегося Справедливым, у Прекрасного Обладателя Величия, являющегося Мудрым, найдется не­кий постоянный Ад и некий вечный Рай.

ЧЕТВЕРТАЯ ИСТИНА.

Врата Щедрости и Красоты. Проявление имен Щедрейший и Прекраснейший.

Разве возможно вообще, чтобы бескрайняя щед­рость и великодушие, неиссякаемое богатство и неис­черпаемые сокровищницы, бесподобная немеркнущая красота и вечное совершенство, не имеющее изъянов, не желали бы благодарных нуждающихся в них, жаж­дущих их отразителей, изумленных зрителей, которые бы постоянно находились в некоем краю счастья, в не­коем месте пиршеств и угощений?

Да, то, что лик этого мира украшен такими наряд­ными творениями, луна и солнце сделаны его лампа­ми, поверхность земли сделана некоей скатертью ми­лости и наполнена разными блюдами, а каждое из пло­довых деревьев сделано некой отдельной вазой; и то, что все это каждый сезон многократно обновляется, ука­зывает на безграничную щедрость и великодушие.

Такие бескрайние щедрость и великодушие, такие неиссякаемые сокровищницы и милость требуют суще­ствования и постоянного, и такого, в котором есть все желаемое, некого места угощений, некого края счастья.

И твердо желают, чтобы наслаждающиеся теми угощениями находились бы в этих счастливых краях постоянно, чтобы они оставались там вечно, дабы они не почувствовали мук исчезновения и разлуки. Потому что подобно тому, как исчезновение мучения является

наслаждением, также и исчезновение наслаждения — мучение, а такое великодушие не желает заставлять терпеть мучения. Значит, оно требует некоего вечного Рая, в котором были бы вечно нуждающиеся в нем.

Потому что безграничные щедрость и великодушие желают безгранично благодетельствовать, желают ода-ривать. Безграничные же благодеяние и одаривание же-лают безграничной благодарности, безграничного при-нятия даров, а это требует продолжения существова-ния того, кто удостоился быть одаренным. Дабы в той нескончаемой одаренности он благодарил бы за те не-скончаемые дары и изъявлял признательность. Иначе же некое частичное наслаждение, огорчаемое исчезно­вением, продолжающееся лишь коротенькое время, не соответствует требованиям такой щедрости и такого ве-ликодушия.

И еще, посмотри во все стороны выставок этого мира, демонстрирующих Божественное творчество. Об-рати внимание на эти объявления, находящиеся в ру-ках растений и животных, обитающих на поверхности земли. (Примечание 1) Послушай пророков и святых, являющихся глашатаями прелестной Божественной за-боты. Как все они, сообща, явно показывают далекое от всяких недостатков совершенство Всевышнего Твор­ца, сообщают о нем. Притягивают внимательные взо-ры.

Значит у Творца этого мира имеются очень серьез-ные и изумительные, и тайные, и скрытые совершенства, которые Он желает продемонстрировать через эти уди-вительные творения. Дело в том, что скрытое, не имею-щее изъянов совершенство желает проявиться через

(Примечание 1): Да, находящиеся на тоненькой, словно про-волока, веточке на вершине сухого, словно кость, дерева прекрас-ный цветок и очень искусный, словно инкрустированный плод,

одобряющих, изумляющихся, говорящих “какпрекрасно!” зрителей. Постоянное же совершенство желает показывать себя постоянно. А это требует посто­янства существования одобряющих и изумляющих­ся, ведь во взглядах невечных изумляющихся цена того совершенства будет падать. (Примечание 2)

И еще, эти рассыпанные по лику вселенной в выс-шей степени прекрасные и искусные, блестящие и на-рядные существа, как свет сообщает о солнце, сообща-ют о прелестях бесподобной духовной красоты и говорят о несравненных изяществах некой скрытой прелести. (Примечание 3) Указывают на то, что у этой чистой прелести, у этой святой красоты, в ее именах, а скорее в каждом ее имени имеется множество скрытых сокровищ.

Так вот, в такой степени высокая бесподобная кра-сота, так же, как она желает видеть свое отражение и

конечно же, являются некими объявлениями для обладателей разу-ма, сообщающими о прекрасном творчестве очень искусного, чу-дотворящего и мудрого Творца. Сравни также с растениями живот-ных...

(Примечание 2): Да, одна из притчей об этом такова: Однажды одна писаная красавица прогнала от себя одного влюбленного в нее простого человека. Тот человек же, чтобы утешить себя, сказал: “Тьфу, какая она уродливая!”, стал отрицать красоту той красавицы.

И еще, однажды один медведь набрел на виноградную лозу, с которой свисали грозди очень сладкого винограда, и пожелал их съесть. Однако, лапы его не дотягивались до них, и забраться на-верх он также не смог. Тогда для того, чтобы утешить самого себя, он сказал: “Он кислый”, и с шумом ушел.

(Примечание 3): Тленность и гибель подобных зеркалам со­зданий, следующих друг за другом, и при этом нахождение над последующими, и на их лицах все той же прелести красоты говорит о том, что эта красота им не принадлежит...Скорее эти красоты являются знамениями и признаками некой одной чистой Прелести и святой Красоты.

созерцать все степени своей красоты и прелести в не-ком жаждущем отразить ее разумном зеркале, так же она желает и показаться перед другими, дабы посмотреть на свою ненаглядную красоту еще и взглядом тех, других. То есть смотреть на свою красоту с двух сто­рон: во-первых, лично созерцать себя в каждом из раз­ных разноцветных зеркал, во-вторых, созерцать созер­цание своей красоты влюбленными в нее восхищенны­ми и изумленными зрителями. Значит, прелесть и кра­сота желают видеть и показывать себя, что в свою оче­редь требует существования влюбленных зрителей и восхищающихся поклонников. Если же та прелесть и красота являются вечными и постоянными, то они тре­буют также постоянства существования и своих поклон­ников. Потому что некая постоянная красота не может удовольствоваться непродолжительным, исчезающим поклонником.

Ведь не имеющий возможности вернуться, об­реченный на исчезновение зритель, думая о своей ги­бели, обращает свою любовь во враждебность. Его изумление склоняется к презрению, а уважение — к оскорблению. Потому что самолюбивый человек яв­ляется врагом того, чего не знает, а также он — противник того, чего не в силах достичь. Даже на красоту, достойную бесконечной любви, бескрайнего воодушевления и изумления, он отвечает враждебнос­тью, злобой и отрицанием. Так вот, из этого становит­ся понятна тайна того, почему неверующий является врагом Аллаха.

Поскольку эта бесконечная, великодушная щед­рость, эта бесподобная прелестная красота, это безуп­речное совершенство требуют вечных благодарных, влюбленных и изумляющихся ими... Но мы, однако, видим, что каждый посетитель гостиницы этого мира быстро уходит и исчезает. От блага той щедрости вку-

шает лишь малую часть. Будит свой аппетит, но, не поев, уходит. Поглядев в течение лишь одного краткого мига на свет, а скорее на слабую тень той красоты и совер­шенства, уходит, не насытившись.

Значит он переводится в некое постоянное мес­то зрелищ.

Вывод: Подобно тому, как этот мир, со всеми сво­ими существами твердо указывает на Всевышнего Твор­ца, также и качества, и Святые Имена Всевышнего Твор­ца указывают на потусторонние Края, показывают и требуют их бытия.

ПЯТАЯ ИСТИНА:

Врата поклонения Мухаммеда (МЕИБ)* и Со­страдания, проявление Имен Исполняющий (просьбы) и Милосердный.

Возможно ли вообще, чтобы доставляющий с со­вершенным состраданием из самых неожиданных мест самую маленькую потребность своего самого малень­кого творения и помогающий своему самому незамет­ному созданию, слыша его самый скрытый голос, при­нимающий все просьбы, произносимые языком и состоянием, — Господь, обладающий таким безгранич­ным состраданием и милостью — видя, не исполнил бы и не внял самой большой мольбе Своего самого ве­ликого раба, (Примечание) Своего самого любимого со­здания! Слыша самую высокую просьбу, не принял бы ее!..

* МЕИБ - Мир Ему и Благополучия (прим.пер.).

(Примечание): Да, если есть царствование, существующее тысячу триста пятьдесят лет, правление которого продолжается и сейчас, власть которого в большинстве времен распространяется более чем на триста пятьдесят миллионов человек, которые каж­дый день обновляют свою присягу на верность ему и свидетель­ствуют о его совершенстве, и с совершенным послушанием под

Да, например: легкость и нежность, видимая в том, что касается пищи и кормления детенышей и слабых существ животного мира, показывает, что Хозяин этой вселенной господствует с бесконечной милостью, а как же может соответствовать такому милосердному со­страданию в Его господстве то, чтобы Он не принял самой прекрасной просьбы самого наилучшего из Своих созданий! В образе, в котором эта истина была уже растолкована в ''Девятнадцатом Слове", также, повторяясь, здесь скажем:

Эй товарищ, слушающий меня вместе с моей душой! В рассказе-примере говорилось: на одном ост­рове идет некое собрание... Один Генерал-Адъютант читает некую речь. Истина, о которой говорится в этом примере такова: идем, освободившись от этого време­ни, мыслями и воображением перенесемся в Век Счас­тья и на Аравийский полуостров, дабы навестить и уви­деть Почтеннейшего Пророка при исполнении своей обязанности и при его служении (Всевышнему). Смот­ри! Подобно тому, как эта личность своей пророческой миссией и путем истины является воплощенной при­чиной и явным поводом для вечного счастья, также слу-

чиняются его приказам, и если половина земли и пятая часть че­ловечества примет окраску одной личности, то есть окрасится ее духовным цветом, и та личность станет возлюбленным их сердец и воспитателем их душ, то, конечно, эта личность будет самым великим рабом Господа, правящего этой вселенной.

И если большинство из видов созданий этой вселенной бу­дут аплодировать его обязанности и службе в виде несения како­го-либо одного плода из его чудес, то, конечно, эта личность будет самым любимым созданием Создателя этой вселенной. И такая нужда, как желание вечности всеми способностями всего челове­чества, и при том, если эта нужда выводит человечество из ни­жайшего из низких к вершинам рая, то, конечно, она является са­мой великой нуждой и самый великий раб будет от имени всех умолять о ней Принимающего мольбы.

жение и молитва, подобные его служению и молитве являются причиной существования того счастья и по­водом для создания Рая.

Итак, смотри! Этот человек в такой молитве, в таком высоком поклонении просит вечного счастья, словно весь этот полуостров, а скорее вся Земля при­нимает участие в его намазе, просит вместе с ним. По­тому что его поклонение, как оно включает в себя по­клонение всех, кто следует за ним, также, по секрету соответствия, оно включает и тайну поклонения всех пророков.

И ту грандиозную молитву он совершает в такой великой общине, возносит мольбу среди такого обще­ства, словно из сынов Адама, начиная от самого Хазрат-и Адама и до наших времен, а скорее и до самого конца света все светлые и совершенные люди, подчиняясь и следуя его примеру, говорят на его просьбу "Аминь! Да будет так!”. (Примечание)

Смотри! И он просит о такой всеобщей нужде, как вечность, что не только жители земли, а скорее жители

(Примечание): Да, со времен молитвы Ахмеда (МЕИБ) и до сих пор все молитвы и все приветствия Пророку его последовате­лей - это некое постоянное "Аминь" и некая всеобщая солидар­ность с его молитвой. Даже каждое приветствие ему (салават) - это некий отдельный "Аминь", и каждый отдельный его последователь в каждом намазе, принося ему приветствие и молитву, и молясь за него после призыва к намазу (камата) согласно мазхабу Шафии -произносит тем самым некий очень мощный и всеобщий "Аминь" на его молитву относительно вечного счастья.

Итак, желаемых всеми силами языком состояния человечес­кого естества всего человечества - вечности и вечного счастья -просит от имени всего человечества Личность Ахмеда (МЕИБ), и светлая часть человечества говорит вслед за ним "Аминь". Так разве есть хоть какая-то возможность, чтобы эта мольба не была достойна принятия!

небес, а скорее даже все сущее в солидарности с его мольбой, языком своего состояния произносит: "Ах, Господи, да! Прими его мольбу. Дай просимое им, и мы тоже этого желаем!”

И смотри! Он так грустно, так застенчиво, так страстно желая, так умоляюще просит вечного счастья, что, растрогав всю вселенную, заставляет ее принять участие в своей молитве.

Смотри! И он просит счастья и молит с таким на­мерением, с такой целью, которые и человека, и все создания выводят из нижайшего из низких состояний, которым является падение в абсолютную тленность, никчемность, бесполезность, напрасность и возвыша­ют их до вершин Рая, которыми являются ценность, вечность, возвышенные обязанности, поднимает их до степени Божественных писем.

Смотри! И он просит с таким возвышенным умо­ляющим плачем и обращается с такой сладкой моль­бой о помощи, услышав которые все существа, небеса и небесный престол в экстазе начинают вторить за ним: "Аминь! О, Господи, да будет так!”. (Примечание.)

(Примечание): Да, тогда, когда все правление Того,Кто правит этим миром, очевидно происходит разумно, со знанием и мудрос­тью, ни с какой стороны невозможно, чтобы этот Управляющий не был осведомлен и не вложил бы разумности в действие самой выдающейся единицы среди своих созданий...

И невозможно ни с какой стороны, чтобы тот Знающий Пра­витель, тогда, когда Он осведомлен о действиях и мольбах той выдающейся единицы, остался бы к нему безразличным и не при­дал бы им значения.

И вообще невозможно, чтобы тот Всемогущий Милостивый Правитель, оставаясь безразличным к его мольбам, не принял бы их.

Да, со светом личности Ахмеда (МЕИБ) вид этого мира из­менился. С тем светом и сиянием истинная суть человека и всей вселенной получила развитие, и стало видно, что существа этой

Смотри! Счастья и вечности он просит у такого Слышащего и Щедрого Всемогущего, у такого Слыша­щего и Милосердного Знающего, Который видит и слы­шит самое скрытое желание самого скрытого облада­теля жизни, слышит самую потаенную его молитву, принимает ее, оказывает ему милость. Принимает, даже если это выражается языком состояния. Принимает и дает в таком мудром виде, так видяще и милосердно, что не остается никаких сомнений в том, что это взра­щивание и предусмотрительность принадлежат тако­му Слышащему и Видящему, являются особенностью такого Щедрого и Милосердного...

Так послушаем же, о чем просит эта Гордость Все­ленной, эта честь человеческого рода, этот неповтори­мый на все времена, стоящий на этой земле, взяв за свою спину всех сынов Адама, смиренно подняв руки к Ве­ликому Престолу, молящийся в истине поклонения и служения Ахмеда (МЕИБ), обобщающей результат по­клонения и служения человеческого рода:

Смотри! Он просит вечного счастья для себя и для

вселенной, каждое из них, является отдельным ценным и осмыс­ленным, удостоенным вечности и наделенным обязанностями слу­жащим, неким отдельным Божественным письмом, дающим про­читать Имена Бога. Если бы не было его света, вселенная оста­лась бы обреченной на абсолютное исчезновение, в никчемности, в бессмысленности, бесполезности, напрасности, запутанности, среди мрачных сомнений игры случайности.

Так вот, по этому секрету, также как говорят "Аминь” на молитву Ахмеда (МЕИБ) люди, так и небо и земля, от дна морей до самых дальних созвездий, все сущее, гордясь его све­том, показывает свою с ним взаимосвязь. По существу, душой поклонения Ахмеда (МЕИБ) является мольба (ду'а). Скорее даже все движение и служба вселенной - некий вид мольбы. Например, действие некой фруктовой косточки - некий вид обращения, мольбы к Создателю с просьбой о том, чтобы стать деревом...

всей своей уммы (последователей). Просит вечности. Просит рая. Просит вместе со всеми требующими это­го святыми именами Бога, показывающими свою кра­соту в зеркалах творений. Желает от этих имен заступ­ничества, и ты видишь это.

Если бы не было бесчисленных доказательств су­ществования и причин сотворения Мира Вечности, то одной лишь молитвы одного этого Человека было бы достаточно могуществу Милосердного Создате­ля, как причины для создания Рая, которое также легко для Него, как сотворение весны. (Примечание.) Да, для Абсолютно Всемогущего, Который весной де­лает для нас поверхность земли неким подобием суд­ного дня, создавая сотню тысяч воскресений из мерт­вых, как может оказаться сложным создание Рая?!

Значит, подобно тому, как его миссия посланника стала причиной для открытия этого места испытаний,

удостоившись тайны^Также и его служение и поклонение стали причиной для от­крытия другого места счастья.

Интересно, есть ли хоть какая-то возмож­ность, чтобы бесподобная красота Господства, безу­коризненно-прекрасное творчество среди широкой ми-

(Примечание): Да, показ подобия Конца Света и Дня Воскресе­ния, а также бесчисленных образцов необыкновенного искусства на этой странице поверхности земли, являющейся в сравнении с Вечным Миром узкой и тесной, и, с записыванием в совершенном порядке, размещение на той единственной странице подобных тремстам тысячам книг, гармоничных и стройных видов творений, конечно, сложнее претворения и создания прекрасного и гармоничного Рая в просторном и широком Мире Вечности.

Да, можно сказать, что насколько Рай выше весны, в той же степени создание садов весны сложнее и удивительнее, чем со­творение садов Рая.

лости и эта гармония мира, оставляющая в изумлении все умы, допустили бы подобную мерзость, которая произошла бы с непринятием этой просьбы, допусти­ли бы такую безжалостность и такую дисгармонию! То есть, чтобы эта Забота, слыша самые мелкие, самые незначительные голоса и желания, придав им важность, исполнила бы их и осуществила... а самые важные, необходимые желания, видя их незначительными, не заметила бы, не поняла и не исполнила! Да никогда и ни за что! Сто тысяч раз никогда!.. Такая Красота не может стать отвратительной, приняв такую мерзость. (Примечание.)

Значит, как своей миссией посланника Почтен­нейший Пророк Ллейхиссаляту Вассалям открыл двери этого мира, также, своим служением и покло­нением, открывает он (МЕИБ) и врата Мира Веч­ного.

(Примечание): Да, по общепринятому мнению, перемена истины на противоположность абсурдна и невозможна, и совер­шенно абсурдным абсурдом, находящимся в перемене истин, было бы то, чтобы какая-либо противоположность переменилась бы на свою другую противоположность, и будет очевидной, тысячекрат­ной нелепицей в перемене противоположностей, если некая про­тивоположность, оставаясь, по сути, самой собой, стала бы в то же время такой, как ее другая противоположность. Например, что­бы некая бесконечная красота, будучи истинной красотой, стала бы в то же время истинной мерзостью. Так же, в этом нашем при­мере, чтобы засвидетельствованная и являющаяся твердо суще­ствующей красота Господства, по своей сути, постоянно будучи красотой Господства, стала бы в то же время настоящей мерзос­тью, так вот, среди абсурдных и пустых уподоблений этого мира, это является чем-то самым поразительным...

"Да наполнится для него (для Мухаммада) этот мир и

рай благословением Всемилостивейшего Аллаха ? О

Аллах, благослови и приветствуй этого Твоего раба и

посланника...”

ШЕСТАЯ ИСТИНА:

Ставшее вратами Величия и Бесконечности проявление имен Великий и Вечный.

Есть ли хоть какая-то вероятность, чтобы не­кое величественное Божественное Господство, которое подчиняет и управляет, словно послушными солдата­ми, всем, начиная от солнц, деревьев и до самых ма­леньких частиц, зиждилось бы на этих растерянных тленных существах, проводящих некую временную жизнь в гостинице этого мира... и не основало бы не­коего бесконечного, вечного круга величия и некоей постоянной, высокой основы Господства!

Да, видимые в этой вселенной величественная де­ятельность, подобная смене сезонов и такое величавое движение, как движение подобных неким самолетам планет, и такие потрясающие деяния, как устраивание Земли колыбелью для человека, а солнца — лампой для

людей, и такие широкие преобразования, как оживле­ние и украшение мертвого и высохшего земного шара, показывают, что за завесой существует величественное Господство, повелевающее неким великим царством. Такое правящее Господство требует существования до­стойного его народа и соответствующих ему граждан.

Однако, ты видишь, что самые по своей сути со­держательные и важные граждане и служащие времен­но собрались в гостинице этого мира в неком расте­рянном виде. Гостиница же каждый день наполняется и опустошается.

И весь народ для некой проверочной службы вре­менно находится на этой площади испытаний. Площадь же каждый час видоизменяется.

И весь тот народ в течение нескольких минут про­гуливается по этой выставке-ярмарке образцов ценных даров Всемогущего Творца и Его диковинного чудес­ного искусства, изучает их для некой торговой сделки, а затем пропадает. Та выставка же каждую минуту подвергается переменам. Ушедшие не возвращаются... пришедшие уходят.

Так вот, это состояние и то положение ясно пока­зывают, что за этой гостиницей, за этой площадью и за этой выставкой находятся являющиеся основой того бесконечного царства, достойные его вечные дворцы, постоянные жители, сады и сокровищницы, полные самых чистых и высоких оригиналов тех подобий и образцов, которые мы видим в этом мире. Значит, здесь нужно трудиться ради них. Здесь дается работа, там — оплата. Для каждого, согласно его способностям, если не потеряет, там есть достойное его счастье. Да, было бы абсурдом, если бы такое бесконечное вечное цар­ство основывалось на этих тленных и исчезающих нич­тожествах...

Посмотри на эту истину через подзорную трубу такого примера: допустим, ты идешь по дороге и ви­дишь, что на той дороге стоит некое здание. Некто ве­ликий построил то здание для гостей, приходящих к нему. И он тратит миллионы золотых на украшения того здания, дабы эти гости могли совершить там познава­тельную экскурсию в течение одной ночи.

И те гости, поглядев на эти украшения лишь очень короткое время, попробовав из этих даров лишь самую малость, не насытившись, уходят. Но при этом каждый гость снимает своим личным фотоаппаратом все, что есть в том здании.

И слуги той великой личности также с большим вни­манием снимают и регистрируют деяния тех гостей.

И ты видишь, что тот некто каждый день разруша­ет многие из тех ценных украшений и для вновь при­шедших гостей создает новые.

После того, как ты увидел это, останется ли у тебя хоть какое-то сомнение, что у того, кто построил это здание, имеются очень высокие обители... и очень цен­ные неисчерпаемые сокровищницы... и постоянная, очень великая щедрость. С показанными в том здании угощениями он пробуждает у своих гостей аппетит к имеющимся у него яствам, и будит в них интерес к при­готовленным для них дарам.

И точно также, если ты трезво и внимательно по­смотришь на положение гостиницы этого мира, то тебе станут понятны следующие "Девять Основ":

• Первая основа: Ты поймешь, что этот мир, как и то здание, стоит не для себя... и абсурдом является то, чтобы он принял такой вид сам по себе. Скорее это не­кая устроенная с мудростью гостиница, которая напол­няется и опустошается, чтобы караваны созданий мог­ли, придя в нее, переночевать и двинуться дальше.

•     Вторая основа: И поймешь, что те, кто находится в этом здании — гости. Их Щедрый Господь приглашает их в Края Счастья.

•     Третья основа: И поймешь, что красоты этого мира служат не только лишь для наслаждений и прогулок. Поскольку они, давая наслаждение на короткое время, при расставании долго приносят мучение. Дают тебе попробовать, будят аппетит, но не насыщают. Потому что или их жизнь коротка, или же коротка жизнь твоя. Ее недостаточно для насыщения... Значит, эти имею­щие высокую стоимость кратковременные красоты слу­жат для познания и наставления. ( Примечание-1) Для благодарности. Для того, чтобы направить к своим по­стоянным основам. Для других очень высоких целей...

•     Четвертая основа: И поймешь, что украшения это­го мира (Примечание-2) играют роль образцов и подо­бий благ, приготовленных милостью Всемилостивей­шего для верующих в Раю.

•     Пятая основа: И поймешь, что эти тленные творе­ния созданы не для тлена и не для того, чтобы, показав­шись на некоторое время, исчезнуть. Скорее они на ко­роткое время собрались в мире бытия, приняли желае­мое положение, дабы запечатлелись их формы, зафик­сировался их облик, дабы стала понятна их суть и были

(Примечание-1): Да, поскольку цена и тонкая искусность вся­кой вещи очень высоки и прекрасны, но в то же время срок суще­ствования их короток, жизнь мала. Значит, эти вещи - образцы. Они являются подобиями других вещей. И поскольку они имеют такой вид, словно желают обратить взоры зрителей к своим под­линникам, значит, конечно же, эти различные красоты этого мира являются подобиями Райских даров, с милостью приготовленных одним Всемилостивейшим и Милосердным для Своих любимых рабов, так можно сказать, и так говорится, и это так.

(Примечание-2): Да, у существования каждой вещи имеются многие цели, а у ее жизни - многие результаты. Они не ограниче-

записаны их итоги... К примеру, чтобы для жителей веч­ности сформировались постоянные панорамы, которые в вечном мире стали бы основой для других целей.

ны, как возомнили заблудшие, лишь целями, обращенными к это­му миру, чтобы потом их можно было считать пустыми и бессмыс­ленными. Скорее цели существования и результаты каждой вещи входят в три группы:

Первая и самая высокая: Обращена к их Творцу, дабы в виде парада пройти пред взором Извечного Свидетеля, демонст­рируя росписи чудесного искусства, надетого на ту вещь. Для это­го взора достаточно жизни в течение одного мига. Скорее доста­точно даже просто большой вероятности появления, которая име­ет значение намерения. Так что нежные недолговечные творения и не вошедшие в существующее, то есть не проросшие семечки и косточки, которые являются отдельными чудесными творениями, полностью достигают этих целей. Бесполезность и никчемность не касаются их. Значит, первой целью существования всякой вещи является следующее: объявив своей жизнью, своим существова­нием о чудесах могущества и произведениях искусства своего Творца, предстать пред взором этого Всемогущего Правителя.

Вторая группа целей существования и результатов жиз­ни: Обращена к обладателям разума. То есть всякое создание, яв­ляясь неким отдельным содержащим истину письмом Всемогу­щего Творца, некой Его отдельной изящной одой, неким отдель­ным мудрым Его словом, предстает перед взорами ангелов, джин­нов, животных и людей... приглашает их к изучению. Значит, для смотрящих на него обладателей разума, оно - некое поучительное средство познания.

Третья группа целей существования и результатов жиз­ни: Обращена к естеству самого этого создания, это такие незна­чительные результаты, как вечная жизнь в комфорте, в наслажде­ниях и в развлечениях.

Например, цели исполнения обязанности рулевого одним служащим на неком большом царском корабле таковы: одна из ста целей - относительно всего корабля - принадлежит самому рулевому, касаясь его незначительного жалования... девяносто девять же принадлежат Царю. Также, если одна цель существова-

То, что всякая вещь создана для вечности, а не для тлена, точнее, что внешний ее тлен является заверше­нием ее обязанности и освобождением, становится по­нятно из того, что некая тленная вещь с одной стороны исчезает, но со многих сторон остается вечной.

Например, посмотри на этот цветок, являющийся одним из слов Могущества. Некое короткое время этот цветок, улыбаясь, смотрит на нас и тотчас скрывается за завесой тлена. Однако, словно вышедшее из твоего рта слово, которое уходит, но вручает ушам тысячи своих подобий, и, по числу слышащих его умов, оставляет в тех умах свои смыслы, после исполнения своей обязан-

ния всякой вещи принадлежит ей самой и этому миру, то Творцу принадлежат девяносто девять целей.

Вот к этой многократно большей группе целей относится следующее: тайна соответствия друг другу выглядящих внешне взаимоисключающими и противоречащими друг другу мудрости и бережливости с великодушием и щедростью, особенно с без­граничной щедростью. С одной точки зрения всюду повелевает щедрость и великодушие, проявляя Имя Аллаха - Щедрейший. С этой точки зрения урожай плодов и злаков не поддается счету, что показывает бескрайнюю щедрость. Но, с точки зрения целей все­общих, правит мудрость. Проявляется Имя Аллаха - Мудрый. У одного дерева имеется столько целей, сколько есть на нем плодов, а скорее у каждого плода есть еще столько целей, что они входят в вышеизложенные нами три группы. Эти всеобщие цели показы­вают некую бескрайнюю мудрость и бережливость. Так сливают­ся выглядящие противоречиво бескрайняя мудрость с бесконеч­ными щедростью и великодушием.

Например, одна цель существования вооруженных сил - обес­печение общественного спокойствия. Для этой цели солдат име­ется в наличии столько, сколько нужно и даже гораздо больше. Но для других обязанностей, таких как охрана границ и борьба с вра­гами, этого наличного состава хватает только-только. Этот баланс находится в совершенно мудром равновесии. Так мудрость госу­дарства сливается с его величием. И при таком положении можно сказать, что в вооруженных силах излишка нет...

ности, которой является изложение смысла — уходит. Но уходит, оставив в памяти каждого видевшего его свой внешний облик, а каждом семечке свою духовную суть. Словно, каждая память и каждое семечко является не­ким отдельным фотоаппаратом, запечатлевающим его красоту, и неким местом продолжения его вечности.

Если таковы творения, находящиеся на самом про­стом уровне жизни, то становится понятным, насколько связан с вечностью человек, находящийся на самом вы­соком уровне жизни и являющийся обладателем вечной души. Видя среди беспокойных преобразований защиту и сохранение в совершенном порядке — в некоторой степени подобных духу — законов образования боль­ших деревьев с их цветами и плодами, становится по­нятно, насколько связан и скреплен с вечностью являю­щийся неким светлым законом-повелением дух человека, обладающий разумом и очень собирательной и высокой сутью, на который надето некое внешнее бытие...

•     Шестая основа: И поймешь, что человек не является неким животным, которое отпущено с привязи, предос­тавлено самому себе и может пастись где захочет; на­оборот, все его деяния, запечатлеваясь, записываются и фиксируются для расчета по результатам всех его дел.

•     Седьмая основа: И поймешь, что осеннее разруше­ние прекрасных созданий мира весны не является их казнью, а скорее — это их демобилизация после исполнения ими обязанностей (Примечание).

(Примечание): Да, находящиеся на ветвях некоего дерева, являющегося одной из продовольственных сокровищниц милос­ти, его плоды, цветы и листья, состарившись, с окончанием своих обязанностей должны уйти, дабы не перекрывать двери для иду­щих следом за ними. Иначе они станут препятствием для полной широты милости и для службы других своих братьев. И к тому же с исчезновением молодости и сами они становятся жалкими и унылыми.(продолж. см. на след. стр.)

И некое освобождение для того, чтобы появилось место для созданий, которые придут следующей вес­ной, некая подготовка площади для стоянки следую­щих служащих, для прихода и несения обязанностей следующими существами.

И некое Божественное предостережение для обла­дателей разума, забывших по беспечности о своих обя­занностях и от опьянения непомнящих о благодарнос­ти.